Круглосуточный

[Гремлины Inc.]

Alicent алисента флорент таргариен Florent Targaryen [a song of ice and fire] emily carey // olivia cooke // you choose

не популярное мнение, но я хочу сыграть сериальные отношения рейниры и алисенты. у меня есть несколько фанонов, как и идей для игр, хотя я и улиточка. мне нравится мешать какие-то моменты с книг, но я их не читала, сужу на базе 7кингдомс и чужих слов)) поэтому вы можете придать алисенте любую форму. заявка - это скорее ворох мысле-образов. люблю общаться вне форума, но не настаиваю. пишу в третьем лице, от 3к, с тройков. к вашим буковкам - только не первое лицо.

---

---

---

---

When my mother died, people only ever spoke to me in riddles.
All I wanted was for someone to say that they were sorry for what happened to me.

---

---

---

алисента не идеальная и за это себя ненавидит

она завидует и хочет занять место рейниры
[даже быть ее лучшей подругой - не достаточно]
рейниру любит отец
[в то время, как ее отец постоянно отговаривается делами]
рейниру обожает мать
[мать алисенты спит под голубым горностаевом одеялом]
все королевство ей восхищается
[отрада королевства звучит так маняще]
и ей ничего не запрещают
[в то время как алисента запрещает себе все]
прикрывают глаза если нарушает правила
[алисенте выговаривают, что та не оберегает принцессу]
или смещая порядок вещей, заведенных среди лордов и леди
[конечно! ведь таргариены считают себя богами!]
однажды семеро накажут их за самонадеянность

картинки. всякие. много.

пример поста

когда рейнире надоедали бесконечные наставления советников, мастеров, мейстеров и самого короля, она дожидалась жаркого спора [порой самостоятельно добрасывая туда дров] и, никем не замеченная, проскальзывала в небольшую щель неприкрытой до конца двери. потом она кралась по бесконечно длинному коридору, опасаясь, что её застанут за непослушанием и вернут на место, мотивируя это будущим царствованием. рейнира отмахивалась — у неё ещё куча времени, чтобы во всём разобраться, ведь трон всё равно наследует она. так зачем сейчас беспокоиться о делах вестероса? стоило коридору закончиться лестницей, как девушка со всех ног пускалась в бег, где-то перепрыгивая через две, а то и три ступеньки.

рядом с конюшней уже давно нетерпеливо переминались запряжённые в карету лошади, ожидая только рейниру, чтобы отвезти её в драконье логово. когда её окликнула служанка, отрада королевства прижала палец к губам: — скажи, что ты меня не нашла. — с этими словами она закрыла дверцу и замерла в предвкушении нового полёта.

все привычные действия происходили как в тумане: жрецы помогали сиракс выбраться из логова, проверяли ремни седла и настроение драконицы. последняя потряхивала головой, изнывая от нетерпения, как и сама всадница.

стоило солнцу снаружи осветить их обеих, как одним мощным прыжком сиракс оказалась в небе над королевской гаванью. но не спешила набирать высоту — сделала широкий круг над твердыней мейгора. рейнире нравилось пролетать достаточно низко над городом, чтобы люди радостно вскидывали головы, приветственно маша своей будущей королеве и восхищённо охая переливам солнца на боках сиракс.

отрада королевства — прозвище, данное народом и придворными.
рейнира приняла новое «имя» с восторгом.

— ānogar, syrax.

и вот они уже так высоко, что холодный воздух неба треплет волосы и покусывает щёки до алого румянца, пока она представляет, что летит сама. принцесса закрывает глаза, расправляет руки подобно крыльям, и кажется, словно сердца всадницы и дракона бьются в такт. всё смешивается... она дракон? она принцесса? она — небо, поражающее бескрайностью? или ветер, гудящий под сильными крыльями, разрезающими воздух? или она само солнце, придающее яркости золоту чешуи?

вода черноводной внизу переливается в лучах солнца, совсем не соответствуя своему названию, и рейнира снова ловит себя на мысли, полной восторга: однажды она будет королевой и сможет все называть «своим». однажды отец станет брать её не только на заседания совета или в качестве чашницы за ужином с лордами. однажды она будет сиять, сидя на железном троне, принимая клятвы верности и милостиво кивая каждому, иногда даже одаривая лёгкой улыбкой.

однажды.

из мечтаний её вырывает предупреждающий гортанный клёкот драконицы, и рейнира начинает озираться по сторонам, ища причину недовольства сиракс. поднимает голову вверх как раз в момент, когда караксес закрывает солнце над ними. деймон! её любимый дядюшка, спутник её детских шалостей и побегов от септ. а ещё он каждый раз привозил ей новые украшения, каждый раз защёлкивая замочек самостоятельно, будь то ожерелье, браслет или застёжка на плащ — он всегда знал, как угодить рейнире, и этот восторг от его прибытия в столицу меркнет совсем чуть-чуть лишь на фоне её полётов.

— ēdruris, syrax.

кидает последний взгляд на красное брюхо караксеса и, пользуясь разницей в размерах и ловкости, смеётся, когда сиракс сначала камнем падает к воде, чтобы в последний момент расправить крылья и заново набрать высоту, оказываясь за спиной деймона. даже позволяет себе пролететь так близко, что создавалось впечатление, будто ещё движение — и сиракс чиркнула бы его по щеке. теперь очередь караксеса недовольно ворчать, сдерживаемого волей всадника.

рейнира «провожает» дядюшку до драконьего логова, сверху рассматривая, как жрецы уже указывают путь дракону, пока его всадник, прикрыв ладонью глаза, снова высматривает племянницу в небе. она бы уже давно приземлилась и, радостно щебеча, начала рассказывать всё-всё-всё, что произошло в королевской гавани, пока он отсутствовал. но знает: у неё есть ещё пара часов, пока король визерис будет выговаривать брату за очередной проступок или непослушание.

у неё есть несколько часов, чтобы наслаждаться небом, но радость уже смазана, а мысли — на земле.
кивает самой себе, решив, что будет первой, кто принесёт весть о возвращении деймона.