07.06.2026, 11:46
на 09.09.2026 — актуально
Цитата:ИЩУ СТРАСТНО НЕНАВИДИМУЮ СЕСТРУ
Лламос Баэнт`Таар
![[Изображение: 535646.png]](https://upforme.ru/uploads/001b/d9/4a/920/535646.png)
Цитата:Темный эльф, 310
Жрица Матери Пауков, старшая дочь Дома.
ОТНОШЕНИЯ
“Никто не смеет убить тебя, кроме меня, дорогая сестра”.
Когда-то Анайрэ смотрела на Лламос с восхищением.
После стала смотреть с завистью.
Сейчас в глазах всей своей семьи Анайрэ предательница веры, позорящая род, а для сестры еще и персональное пятно на репутации. И с “пятнами” у этой женщины разговор весьма короткий. Жизни достойна лишь одна из них, и каждая думает, что это именно она.
“Никто не смеет убить тебя, кроме меня, дорогая сестра”.
Когда-то Анайрэ смотрела на Лламос с восхищением.
После стала смотреть с завистью.
Сейчас в глазах всей своей семьи Анайрэ предательница веры, позорящая род, а для сестры еще и персональное пятно на репутации. И с “пятнами” у этой женщины разговор весьма короткий. Жизни достойна лишь одна из них, и каждая думает, что это именно она.
Цитата: | КОНЦЕПТ | Цитата: |
Цитата: | ДЕТАЛИ | Цитата: |
Именно Лламос занималась обучением Анайрэ: впервые вручила ей нож, научила защищаться и атаковать, отвела на первое в ее жизни жертвоприношение и потом являлась наставницей на жреческом пути младшей сестры. Несмотря на то, что Анайрэ за глаза называла сестру сукой, а “сука” нелестно подзывала ее к себе как “пустоголовую мелочь”, отношения у них были весьма сносными. Они делили между собою живые игрушки, оружие и даже любовников.
“Хорошие” отношения закончились ровно тогда, когда младшая во всеуслышание объявила себя предательницей. Подобного, конечно же, не было, но для Лламос переход Анайрэ в другую веру стал настоящим ударом под дых. Женщины Дома до сих пор смотрят на нее за это с осуждением и некой толикой отвращения: до чего же нужно было плохо обучать сестру и закрывать глаза на ее действия, чтобы та отвернулась от лика Прядильщицы. После побега Анайрэ Лламос пообещала самой себе, что окропит ее кровью главный алтарь Паучьей Матери в столице. Но сначала, возможно, выяснит для себя один вопрос - какого дьявола?
Характер Лламос довольно жесткий: она весьма хладнокровна, любит интриги, врет как дышит и обладает потрясающим умением привязывать к себе (не физически, хотя и это тоже). Рабы и постельные игрушки долго у нее не задерживаются, да любовников она меняет весьма часто. Любит изощренно поиграть, не утратив этой жажды с годами.
В нынешнее время, узнав все слабые точки в “обороне” нынешней Матроны, готовит ее свержение, дабы самой встать во главе Дома и вернуть ему былое величие.
Цитата: | ЧТО ИГРАТЬ | Цитата: |
В прошлом - огромное непаханое поле интриг, совместных вылазок, убийств, ритуальных жертвоприношений, а также прочих увеселительных мероприятий как в паре, так и совместно с кем-нибудь согласным/не очень согласным/сопротивляющимся.
В настоящем времени Анайрэ и Лламос - идейные противники, противоположности по вере и здесь также непаханое поле идей, в основе которых прекрасная мысль “Я первая отрежу ей голову”.
Однако же совершенно не ограничиваю в эпизодах с другими на схожую тематику, вовсе не обязательно гоняться большую часть времени за сбежавшей на Поверхность сестрой.
• ОБ ИГРЕ:
Пишу 5-10 тысяч, как пойдет. Стараюсь отписывать быстро, постом раз-два в неделю точно обеспечу. Третье лицо, с птицей-тройкой. Предпочитаю дарк-эпизоды и полное погружение в подземный ЛОР. От вас жду того же.
Внешность меняема, но оставьте красные глаза. Не буду против видеть на внешности Вирну До`Урден.
• ТИП ПРИЕМКИ: как будет угодно, меня устроит и краткая, и полная анкета.
• ЗАЯВИТЕЛЬ ПРОСИТ ПРИМЕР ПОСТА: да (с любой ролевой)
Пример поста заявителя
Сегодня настроение у Анайрэ было совершенно особенным. Не потому что вчерашний вечер завершился хорошим новым вином, что решили достать из запасов, а также одним телесным свиданием, в которых дроу себе не отказывала...А потому, что день сегодня тоже должен был стать совершенно особенным.
- Взять с собой твою игрушку? - Матрона приподняла бровь, отвлекаясь от разложенной на столе карте. Рядом с ней стоял военачальник Дома, пару минут назад прочерчивающий линию наступления. Губы матери сложились в нехорошую улыбку, когда она, очевидно, поймала какую-то мысль. - Уже надоел тебе?
Не особенно ожидая ответа, Матрона вернулась к карте и указала пальцем в сторону одной из линий. Уже одетый для похода мужчина-воин согласно кивнул и, потянувшись к краю пергамента, свернул его в трубочку, дабы убрать тот в красивый кожаный тубус.
- Хочу понять, чем еще он может быть полезен Дому, - ответила через некоторую паузу Анайрэ и сделала шаг вперед, к столу. Заявляться так на обсуждение стратегии было позволено немногим, но дочери Матроны были вхожи в круг...как сказали бы на Поверхности, близких.
Матрона перевела взгляд на мужчину- воина, который, к слову, был нынешним ее любовником.
- Слабоват будет, - неторопливо произнес темный эльф и потер пальцами подбородок. - Не думаю, госпожа, что мальчишка выдержит такой долгий поход и не угодит в беду на Поверхности. Он ведь совершенно не обучен.
"Думать - явно не твоя сильная сторона".
- Лучший способ научить - показать пример, - категорично отрезала Анайрэ, скрестив руки на груди. Ее подбородок чуть вздернулся, придавая выражению еще большую надменность.
- Зачем ты пришла спрашивать, если уже все определила? - улыбка Матроны перестала быть такой хищной, как прежде, и теперь выражала довольствие. Если что и способно было объединить всех подземных женщин - то это совместное унижение мужчин. Не больше и не меньше. - Это твой раб. Сама и решай, что с ним делать. Зарезать, пустить на корм...Впрочем, я слышала, что твоя сестра все еще по какой-то причине им интересуется.
"Конечно. Сучка эдакая".
- Поняла. Я прослежу, - кивнула Анайрэ сначала матери, а потом и военачальнику, чуть менее явно и с большой долей пренебрежения: - Увидимся.
"Если бы я не спросила, то потом она обвинила бы во всем меня.
Но эта вылазка не станет для нас провальной, я в этом уверена. Мальчишка не посмеет меня ослушаться и все испортить".
Ее шаги по знакомым коридорам были быстрыми, но их было плохо слышно - ходили дроу всегда предельно аккуратно и стараясь не выдавать ничем своего присутствия. Даже родной дом никогда не был безопасным пристанищем и позволить себе расслабиться внутри этих стен было бы ошибкой. Анайрэ мысленно готовилась к тому, что вопросов может быть много. И времени на подготовку будет не так уж много. Не обо всех своих планах (а чаще всего, и вовсе ни о каких) дроу рассказывала своей игрушке. Порой планы просачивались в ее речи, когда, особенно довольная, она отдыхала после приятного времяпровождения в постели. Да и Никс явно мог заметить, что Дом к чему-то готовится.
Взглянуть из окна - воины занимаются оружием и навьючивают ездовых ящеров необходимым. Пара слуг периодически бегает по каким-то поручениям, а среди стен стоит особенная, благоговейная атмосфера. Скоро Прядильщица получит свою жертву, а это значит, что положение Дома почти наверняка улучшится. Каждый ждал и хотел этого и все готовы были прикладывать великое множество усилий, чтобы приблизить славный день.
Дом по-настоящему оживал в предвкушении очередного столкновения подземного и наземного миров.
И никто не имел права оставаться в стороне.
Дверь в комнату распахнулась, впуская Анайрэ внутрь. Она прошла мимо знакомого кожаного дивана, мимо клетки, бросая пока лишь одно короткое слово.
- Вставай, - даже если Никс уже давно не спал и только притворялся, ему надлежало слушать приказ и исполнять его без лишних размышления и возражений. Но этот урок мальчишка наверняка уже давно выучил так, что знание впилось в его подкорку и никоим образом оттуда бы не ушло. Если нет, то Анайрэ пришлось бы признать свое поражение на боевом поле обучения личного раба, в чем дроу никогда в жизни себе бы не призналась. Другим - уж тем более.
В Подземье не бывало утра, и лишь магический свет на огромной башне в центрах городов позволял определять течение суток. Не столь давно они ознаменовали наступление ночи на Поверхности - времени, когда жалкие светлоликие отбывали ко сну, забывали обо всем на свете. И совершали самую большую и глупую ошибку: оставляли свои тела и сердца без охраны.
Паучья Матерь всегда была ненасытной до жертв.
И сегодня Дом должен был принести очередную. Не маленькую. Такую, чтобы оставаться в своем положении и двигаться дальше - а для этого едва ли хватит случайно встреченного в подземных туннелях дуэргара. Ей всегда нужно больше, и воины Дома сегодня действительно постараются ради общей цели. Не все могут вернуться обратно, и это тоже будет частью великой жертвы. Все будет пущено в дело - свои, чужие. Никакие усилия не должны будут пройти даром.
- Сегодня я иду на Поверхность, - сообщила темная эльфийка, обойдя комнату и выхватив из сундука и передав мальчишке пару вещей потеплее того полупрозрачного халата, в котором обыденно расхаживал по комнате ее раб. Пусть его голым на удивление возможному противнику идея, конечно, безмерно заманчивая, но пока дроу слишком ревностно относилась к возможности с кем-то делиться. Сестре - и той не давала забирать себе мальчишку, что уж говорить о каких-то там бледнолицых. Дроу перевела взгляд на Никса, остановившись неподалеку, скрестив руки на груди и разглядывая его теперь в ожидании реакции. - И ты идешь вместе со мной. Оружие держал когда-нибудь в руках?
Удивительно, но об этом Анайрэ и правда никогда не спрашивала свою игрушку, полагая, что он все равно не справится с задачей больше, чем порезать на кусочке мясо убиенной рыбы или ящерицы. Но сейчас ей нужно было знать больше о способностях мальчишки, чтобы понимать, какие задачи ему поручить и насколько внимательной следует быть непосредственно во время столкновения.
И еще неплохо бы поискать для тщедушного тельца хоть какую-то защиту. Так, на всякий непредвиденный случай.
Анайрэ еще не наигралась с ним достаточно, чтобы потерять за одну вылазку. Это было бы точно неприятно.
- Взять с собой твою игрушку? - Матрона приподняла бровь, отвлекаясь от разложенной на столе карте. Рядом с ней стоял военачальник Дома, пару минут назад прочерчивающий линию наступления. Губы матери сложились в нехорошую улыбку, когда она, очевидно, поймала какую-то мысль. - Уже надоел тебе?
Не особенно ожидая ответа, Матрона вернулась к карте и указала пальцем в сторону одной из линий. Уже одетый для похода мужчина-воин согласно кивнул и, потянувшись к краю пергамента, свернул его в трубочку, дабы убрать тот в красивый кожаный тубус.
- Хочу понять, чем еще он может быть полезен Дому, - ответила через некоторую паузу Анайрэ и сделала шаг вперед, к столу. Заявляться так на обсуждение стратегии было позволено немногим, но дочери Матроны были вхожи в круг...как сказали бы на Поверхности, близких.
Матрона перевела взгляд на мужчину- воина, который, к слову, был нынешним ее любовником.
- Слабоват будет, - неторопливо произнес темный эльф и потер пальцами подбородок. - Не думаю, госпожа, что мальчишка выдержит такой долгий поход и не угодит в беду на Поверхности. Он ведь совершенно не обучен.
"Думать - явно не твоя сильная сторона".
- Лучший способ научить - показать пример, - категорично отрезала Анайрэ, скрестив руки на груди. Ее подбородок чуть вздернулся, придавая выражению еще большую надменность.
- Зачем ты пришла спрашивать, если уже все определила? - улыбка Матроны перестала быть такой хищной, как прежде, и теперь выражала довольствие. Если что и способно было объединить всех подземных женщин - то это совместное унижение мужчин. Не больше и не меньше. - Это твой раб. Сама и решай, что с ним делать. Зарезать, пустить на корм...Впрочем, я слышала, что твоя сестра все еще по какой-то причине им интересуется.
"Конечно. Сучка эдакая".
- Поняла. Я прослежу, - кивнула Анайрэ сначала матери, а потом и военачальнику, чуть менее явно и с большой долей пренебрежения: - Увидимся.
"Если бы я не спросила, то потом она обвинила бы во всем меня.
Но эта вылазка не станет для нас провальной, я в этом уверена. Мальчишка не посмеет меня ослушаться и все испортить".
Ее шаги по знакомым коридорам были быстрыми, но их было плохо слышно - ходили дроу всегда предельно аккуратно и стараясь не выдавать ничем своего присутствия. Даже родной дом никогда не был безопасным пристанищем и позволить себе расслабиться внутри этих стен было бы ошибкой. Анайрэ мысленно готовилась к тому, что вопросов может быть много. И времени на подготовку будет не так уж много. Не обо всех своих планах (а чаще всего, и вовсе ни о каких) дроу рассказывала своей игрушке. Порой планы просачивались в ее речи, когда, особенно довольная, она отдыхала после приятного времяпровождения в постели. Да и Никс явно мог заметить, что Дом к чему-то готовится.
Взглянуть из окна - воины занимаются оружием и навьючивают ездовых ящеров необходимым. Пара слуг периодически бегает по каким-то поручениям, а среди стен стоит особенная, благоговейная атмосфера. Скоро Прядильщица получит свою жертву, а это значит, что положение Дома почти наверняка улучшится. Каждый ждал и хотел этого и все готовы были прикладывать великое множество усилий, чтобы приблизить славный день.
Дом по-настоящему оживал в предвкушении очередного столкновения подземного и наземного миров.
И никто не имел права оставаться в стороне.
Дверь в комнату распахнулась, впуская Анайрэ внутрь. Она прошла мимо знакомого кожаного дивана, мимо клетки, бросая пока лишь одно короткое слово.
- Вставай, - даже если Никс уже давно не спал и только притворялся, ему надлежало слушать приказ и исполнять его без лишних размышления и возражений. Но этот урок мальчишка наверняка уже давно выучил так, что знание впилось в его подкорку и никоим образом оттуда бы не ушло. Если нет, то Анайрэ пришлось бы признать свое поражение на боевом поле обучения личного раба, в чем дроу никогда в жизни себе бы не призналась. Другим - уж тем более.
В Подземье не бывало утра, и лишь магический свет на огромной башне в центрах городов позволял определять течение суток. Не столь давно они ознаменовали наступление ночи на Поверхности - времени, когда жалкие светлоликие отбывали ко сну, забывали обо всем на свете. И совершали самую большую и глупую ошибку: оставляли свои тела и сердца без охраны.
Паучья Матерь всегда была ненасытной до жертв.
И сегодня Дом должен был принести очередную. Не маленькую. Такую, чтобы оставаться в своем положении и двигаться дальше - а для этого едва ли хватит случайно встреченного в подземных туннелях дуэргара. Ей всегда нужно больше, и воины Дома сегодня действительно постараются ради общей цели. Не все могут вернуться обратно, и это тоже будет частью великой жертвы. Все будет пущено в дело - свои, чужие. Никакие усилия не должны будут пройти даром.
- Сегодня я иду на Поверхность, - сообщила темная эльфийка, обойдя комнату и выхватив из сундука и передав мальчишке пару вещей потеплее того полупрозрачного халата, в котором обыденно расхаживал по комнате ее раб. Пусть его голым на удивление возможному противнику идея, конечно, безмерно заманчивая, но пока дроу слишком ревностно относилась к возможности с кем-то делиться. Сестре - и той не давала забирать себе мальчишку, что уж говорить о каких-то там бледнолицых. Дроу перевела взгляд на Никса, остановившись неподалеку, скрестив руки на груди и разглядывая его теперь в ожидании реакции. - И ты идешь вместе со мной. Оружие держал когда-нибудь в руках?
Удивительно, но об этом Анайрэ и правда никогда не спрашивала свою игрушку, полагая, что он все равно не справится с задачей больше, чем порезать на кусочке мясо убиенной рыбы или ящерицы. Но сейчас ей нужно было знать больше о способностях мальчишки, чтобы понимать, какие задачи ему поручить и насколько внимательной следует быть непосредственно во время столкновения.
И еще неплохо бы поискать для тщедушного тельца хоть какую-то защиту. Так, на всякий непредвиденный случай.
Анайрэ еще не наигралась с ним достаточно, чтобы потерять за одну вылазку. Это было бы точно неприятно.
Тёмные эльфы
Сестра, жрица Матери Пауков — (ж. 310)
