23.04.2026, 00:10
на 03.11.2026 — актуально
Цитата:ИЩУ МАСТЕРА
леди Морвенна Ланте, мадам Ле Гран, «матушка Черная Соль»
![[Изображение: 916996.png]](https://upforme.ru/uploads/0013/b7/c4/10/916996.png)
Цитата:ВАМПИР, ~250
Аристократка из клана Вайненмонд, торговый брокер и глава своей шпионской сети; хозяйка светского салона в Северине, негласный проприетор нескольких публичных домов, второй бенефициар оружейной фабрики «Левиафан»
ОТНОШЕНИЯ
(около)семейные: мастер/подопечный
(около)семейные: мастер/подопечный
Цитата: | КОНЦЕПТ | Цитата: |
Темный поцелуй позволил Морвенне пережить судачившие о ней злые языки; она была достаточно терпеливой и расчетливой, чтобы в доставшемся ей долголетии обрести себя как архитектора теневых связей. Камень за камнем она выстраивала свою шпионскую сеть, глубоко пустившую корни в туманные земли Сильвании; перебирала тайны светского общества, вращая в пальцах четки из костей злейших врагов; перемалывала слухи в осязаемую власть над чужими судьбами. Как представительница клана Вайненмонд, она знала цену техническому прогрессу и что лучший способ защитить связанные с ним секреты — держать руку на горле у тех, кто готов их продать.
Цитата: | ДЕТАЛИ | Цитата: |
- Официально являясь биржевым посредником, Морвенна негласно остается причастной к организации нелегальных аукционов под крышами открытых ей увесилительных заведений. Ее шпионы — от кухонных мальчишей до личных секретарей — разбросаны по разным уголкам Сильвании, служа глазами и ушами Морвенны в чужих поместьях, обеспечивая госпожу слухами как из преступного нутра княжества, так и из дворянских кулуаров.
- У Морвенны четыре бывших неоната; Мрачный Волк — самая младшая из них, сравнительно недавно испившая крови мастера. Тем не менее, прежний поводок хозяйских отношений порван не был несмотря на обретенную Волком свободу воли: она по-прежнему остается цепным псом Морвенны и худо-бедно воспитанным, но эффективным инструментов в ее арсенале.
- Кроме того, Мрачный Волк является приемной дочерью Морвенны. Взаимоотношения со стороны последней настолько же теплые, насколько манипулятивные: для нее Мрачный Волк скорее дрессированный питомец, нежели именно дочь. Волк же просто хочет заслужить ее одобрения; во всем.
- До проклятия вампиризма была практикующей [жрицей] вуду. После становления вампиром могла сохранить свои способности.
- «Мадам Ле Гран» — псевдоним, используемый в среде клиентов ее светских салонов; «Матушка Черная Соль» — то, как называют ее в теневых сообществах и ее собственные агенты.
- Теоретически, имена/прозвища можно заменить; мне не сложно поправить все упоминания.
- Внешность на ваше усмотрение, но очень прошу использовать фактические арты вместо нейрогенерации...
Цитата: | ЧТО ИГРАТЬ | Цитата: |
• ОБ ИГРЕ: пишу раз в неделю-две; больше раза — скорее вероятнее зависит от моей загруженности ирл Сама с игрой не тороплю, так что если ты медленный хлебушек, то вообще никаких проблем
• ТИП ПРИЕМКИ: вообще я за полную, но если захочешь пройти по мини, your choice, формальное собеседование можно через лс или тг в общих чертах провести (необязательно, но желательно)
• ЗАЯВИТЕЛЬ ПРОСИТ ПРИМЕР ПОСТА: да (с форума сходной тематики)
Пример поста заявителя
— В каком это смысле «середина первого акта»? Ты издеваешься? Их что, будет несколько!?
Ногти вампирши с противным скрежетом вонзились в полированное дерево подлокотника; лакированная плоть лопнула, обнажив из-под винно-бордовой отделки бледную сухую щепу, как оголенную кость под содранной кожей. Из партера внизу поднялись головы и синхронно обратились к бенуару театра, с хищным шиканьем на устах сверкнув окулярами лорнетов, точно рой разбуженных насекомых.
Укутанные полумраком освещения, с высоты бельэтажа они действительно напоминали Волку яму с копошащимися в ней жуками.
Она рефлекторно оскалилась, вредно показав язык и рывком вжалась в бархат кресла, прячась от культурного возмещения, хмурыми гримасами распятого на лицах потревоженных зрителей спектакля. Взгляд, в котором смешались злость и обида, впился в лицо Ксавьера не хуже, чем это могли бы сделать клыки; и почему богачам вообще такое нравится?
— Ты мне буфет обещал, если я это вытерплю. Только попробуй вильнуть хвостом... — Волк прищурилась, едва тлея углями почти угасшего задора.
Она вела себя нагло, потому что ей было можно. Именно на ее плечи в последние три года взваливались самые специфические обязанности по охране активов Мастера, вложенных в предприятие Галлоугласса и за все свои заслуги вампирша не стеснялась пользоваться расположением последнего для того, чтобы выбить себе беззаботные преференции в их отношениях.
К тому же, он сам притащил ее сюда.
Формально, у Волка и не было выбора; «одалживая» свою воспитанницу главному деловому партнеру, Мастер была до красноречия категорична в единственном наказе — Ксавьер не должен появляться на публике без клыкастой подстраховки, заменявшей ему телохранителя. Не то чтобы вампирше не нравилась ее роль, но, будучи вынужденной жертвой высокого искусства, она стребует своей десятины за каждый миг мученического героизма.
— В следующий раз, когда не будешь знать, где посветить лицом, выбери место повеселее, чем эти костюмированные кривляния для надутых индюков.
Волк уронила подбородок на сжатый кулак, впадая в соответствующее ее прозвищу — мрачное — оцепенение; застыв насупленным изваянием, она мизантропично продолжила созерцать представление на сцене, всем своим видом демонстрируя глубину экзистенциального страдания.
«Скорее бы антракт.»
Волк громко вздохнула; вычурная театральность ее презрительного жеста затмила старания актеров, с глухим стуком сапог вбивающих пыль в деревянные подмостки сцены. Она могла в любой момент обратиться нетопырем, сбежать крылатой тенью в глотку вентиляционной шахты театра и раствориться в сырой вечерней тьме, где пахло дождливой сыростью Северина, а не духами и пудрой, но было бы крайне неосмотрительно с ее стороны оставить Ксавьера одного на растерзание светской толпы за будущим раутом.
Да и обижать промышленника своим уходом ей не хотелось. Волк понимала, чем отличается «приглашение» от «приказа», а потому происходящее ей во многом льстило; приятно льстило.
Обычно ее никуда не приглашают — только подзывают.
Мертвенно-блеклые, как рыбьи склеры глаза вновь очертили сцену, пытаясь занять себя изучением декораций. Суррогата интереса хватило ненадолго — искра мимолетного интереса вампирши угасла, едва вспыхнув.
— Напомни, о чем вообще эта ерунда? — утомленно буркнула она, обернувшись на Ксавьера.
В голосе Мрачного Волка отчетливо звенела последняя капля вежливости; не требовалось уродиться гением, чтобы догадаться, что эксперимент по приобщению «дичка» к высокой культуре провалился.
Уж лучше она встретит голышом рассвет на самой высокой башне этого города, чем по своей воле согласится еще раз оказаться в зрительном зале.
Ногти вампирши с противным скрежетом вонзились в полированное дерево подлокотника; лакированная плоть лопнула, обнажив из-под винно-бордовой отделки бледную сухую щепу, как оголенную кость под содранной кожей. Из партера внизу поднялись головы и синхронно обратились к бенуару театра, с хищным шиканьем на устах сверкнув окулярами лорнетов, точно рой разбуженных насекомых.
Укутанные полумраком освещения, с высоты бельэтажа они действительно напоминали Волку яму с копошащимися в ней жуками.
Она рефлекторно оскалилась, вредно показав язык и рывком вжалась в бархат кресла, прячась от культурного возмещения, хмурыми гримасами распятого на лицах потревоженных зрителей спектакля. Взгляд, в котором смешались злость и обида, впился в лицо Ксавьера не хуже, чем это могли бы сделать клыки; и почему богачам вообще такое нравится?
— Ты мне буфет обещал, если я это вытерплю. Только попробуй вильнуть хвостом... — Волк прищурилась, едва тлея углями почти угасшего задора.
Она вела себя нагло, потому что ей было можно. Именно на ее плечи в последние три года взваливались самые специфические обязанности по охране активов Мастера, вложенных в предприятие Галлоугласса и за все свои заслуги вампирша не стеснялась пользоваться расположением последнего для того, чтобы выбить себе беззаботные преференции в их отношениях.
К тому же, он сам притащил ее сюда.
«Неужели ты никогда не была в театре?»
«Вертела я твои театры знаешь где...»
«Вертела я твои театры знаешь где...»
Формально, у Волка и не было выбора; «одалживая» свою воспитанницу главному деловому партнеру, Мастер была до красноречия категорична в единственном наказе — Ксавьер не должен появляться на публике без клыкастой подстраховки, заменявшей ему телохранителя. Не то чтобы вампирше не нравилась ее роль, но, будучи вынужденной жертвой высокого искусства, она стребует своей десятины за каждый миг мученического героизма.
— В следующий раз, когда не будешь знать, где посветить лицом, выбери место повеселее, чем эти костюмированные кривляния для надутых индюков.
Волк уронила подбородок на сжатый кулак, впадая в соответствующее ее прозвищу — мрачное — оцепенение; застыв насупленным изваянием, она мизантропично продолжила созерцать представление на сцене, всем своим видом демонстрируя глубину экзистенциального страдания.
«Скорее бы антракт.»
— Она отказала мне. Сказала, что любит тебя! Думает, что любит тебя!
— Она не может любить меня!
— Да я люблю тебя!
— Она не может любить меня!
— Да я люблю тебя!
Волк громко вздохнула; вычурная театральность ее презрительного жеста затмила старания актеров, с глухим стуком сапог вбивающих пыль в деревянные подмостки сцены. Она могла в любой момент обратиться нетопырем, сбежать крылатой тенью в глотку вентиляционной шахты театра и раствориться в сырой вечерней тьме, где пахло дождливой сыростью Северина, а не духами и пудрой, но было бы крайне неосмотрительно с ее стороны оставить Ксавьера одного на растерзание светской толпы за будущим раутом.
Да и обижать промышленника своим уходом ей не хотелось. Волк понимала, чем отличается «приглашение» от «приказа», а потому происходящее ей во многом льстило; приятно льстило.
Обычно ее никуда не приглашают — только подзывают.
Мертвенно-блеклые, как рыбьи склеры глаза вновь очертили сцену, пытаясь занять себя изучением декораций. Суррогата интереса хватило ненадолго — искра мимолетного интереса вампирши угасла, едва вспыхнув.
— Напомни, о чем вообще эта ерунда? — утомленно буркнула она, обернувшись на Ксавьера.
В голосе Мрачного Волка отчетливо звенела последняя капля вежливости; не требовалось уродиться гением, чтобы догадаться, что эксперимент по приобщению «дичка» к высокой культуре провалился.
Уж лучше она встретит голышом рассвет на самой высокой башне этого города, чем по своей воле согласится еще раз оказаться в зрительном зале.
Вампиры
Мастер, глава шпионской сети (ж. 250±)
