ex libris

[Гремлины Inc.]

Сто дорог, пыль на лицо.
Сто дорог опаленных свинцом.

---

• • • • RODOLFO PARRA
call of duty: modern warfare • зов долга: современная война

original

---

есть люди, с которыми не нужно говорить много. они понимают даже не с полуслова. они видят всё по вашим глазам. считывают язык тела, как открытую книгу. это - и есть твои люди. ты выбираешь их из сотен тысяч и они становятся братьями. один раз и на всю жизнь. не потому что судьба закинула в один окоп, а потому что без них мир выглядит совершенно иначе. таким, каким ты не хочешь его видеть. таких людей надо ценить. их надо беречь. их надо любить. и мне хватает того, что мы стоим рядом. плечом к плечу, глядя вслед уходящей пыльной дороги, не зная что нас ждёт там, в конце.

наша война стирает всё лишнее. голоса становятся тише, слова короче, а шаги - тяжелее. доверие среди нас - редкий товар. и в таком мире должен быть человек, который не дрогнет, не сломается и не будет спрашивать лишнего. ты - тот, кто на протяжении двадцати лет всегда был этим самым человеком, даже когда я упрямо шёл против раскалённого ветра пустыни. ты тушил мой бушующий огонь песком, не боялся и не стеснялся говорить "¡Basta, mi comandante, es hora de irnos!" единственный, кто знает как унять мой гнев и укротить ярость. единственный, кому я могу доверить свою тишину. ты, как и я, держишь линию обороны не потому что был отдан приказ, а потому что знаешь, что больше некому. кто ещё если не мы? наша с тобой свобода - вне курса доллара.

ты не просто подчинённый. не просто солдат и не просто товарищ по форме и крови. ты тот, кто был рядом, когда весь мой мир трещал по швам. ты стал моей семьёй. после того, как ушла Валерия, по сути, предав нас, и наш строй значительно поредел, ты, буквально, вытянул меня из такого глубокого дерьма, о котором в кругу спецподразделений говорить не принято. каюсь честно, тогда не выдержал. позволил себе ослабить хватку. сломался. забухал, потому что не справлялся в одиночку. но я оказался не один...

мы с тобой прошли с тех пор через многое: через одну присягу, одну войну, и бесконечное множество бессонных ночей, когда смерть смотрела нам прямо в глаза, но не решалась подойти ближе, потому что рядом был ты.

La familia no es solo sangre, hermano.
Это тот, чьё присутствие делает тебя лучше.
Тот, рядом с кем ты сильнее, чем ты есть.

И если Валерия когда-то была тенью Алехандро, что ушла,
то Руди — это тот, кто остался, когда исчезали все остальные.

---

- пишу лапсом, без птицы-тройки, но вообще под игрока подстраиваюсь.
- от 300-500 слов и до бесконечности в космос, но считаю, что размер - не имеет значения, если знаешь как им пользоваться
- динамика - смешанная, пишу по возможности настроению, но 1-2 поста в неделю будет.

кого ищу:
игрока, который чувствует и может в драму, и в экшон, и военную этику. не слащавую романтику, от которой эмаль на зубах трескается, а суровое, жёсткое братство, где чувства и действия глубже пустых слов и обещаний. и всё же, без посиделок с болтовнёй тоже никуда.
согласного на неторопливый темп игры, атмосферные сцены и доверие. хочется мексиканского колора, уважения к канону, любви к психологическим нюансам.

что обещаю взамен:
сильные сюжетные арки (до, во время и после событий MWII / MWIII) тихие, безмолвные ночи у костров и громкие бои бок о бок. внутренних демонов, взлёты и падения, победы и поражения на двоих. историю не только о войне, но и о тех, кто проходит через неё и остаётся людьми.
по общению тоже не обижу, всегда готов дать контакты и общаться вне ролевого форума на любые другие темы.
так же у нас есть чат в ТГ, где мы сидим пердим нашим бесстрашным трио с Гоустом и Соупом, обсуждаем всякое, травим шуточки-прибауточки (в основном я). будем рады, если присоединишься, чтобы прям квартет собрался и что б ходили на парные свидания ;D

Пробный пост

я вернулся домой. а моего дома больше нет. нет того ради чего стоит жить. нет тех, кого бы я защищал. кого любил бы... со мной и на мне лишь их косые взгляды. как будто я принёс с собой заразу. как будто я — не герой. не ветеран. а ошибка с пульсом. будто я не должен был там выжить.

разочарование. вот что я вижу в чужих глазах.

не хочу их видеть. никого не хочу. я надел очки, думал поможет избежать прямого столкновения. не помогло. страна, за которую я воевал — не может смотреть мне в глаза. они видят сквозь меня. как-будто я призрак или грех, который теперь не отмыть со своих рук.

они просили меня стать оружием. я стал. а потом вдруг испугались того, что я больше не умею быть человеком. не умею... не сумею. никогда.

мне обещали честь. славу. деньги. а по итогу я получил лишь бесплатный рецепт на какие-то таблетки от тревоги, название которых в голове не укладывается. очередь в клинику и собеседование в макдаке. и даже там на меня смотрели свысока.

когда ты возвращаешься оттуда, ты больше не гражданин. ты — помеха. расходник с расстройствами. и они делают вид, будто тебя не существовало вовсе. будто тебя никогда не было. и даже паспорт становится прозрачным...

теперь зовут сумасшедшим. больным. психованным.

я иду как неприкаянный по улицам, где когда-то был своим. когда-то давно. возможно, вечность тому назад, я уже не вспомню. каждый камень, каждый дом дышит воспоминаниями. но теперь — лишь ядовитый дым, обжигающий лёгкие. мамаши хватают детей за руку и стремительно шарахаются лишь от одного моего вида. полицейские смотрят пристально. следят за мной. за каждым моим движением. будто я не имею права на существование. клянусь богом, я видел как рука одного из них дёрнулась в сторону кобуры, а я всего-лишь потянулся в карман, чтобы рядом с завалявшейся медалью "за доблесть" достать сигареты и закурить... единственная радость, оставшаяся в жизни. за какую же доблесть этот жалкий кусок металла, если я не смог сберечь самое дорогое? за доблесть вернуться ни с чем? лишь насмешка — символ моей личной трагедии. и жизни, что пошла под откос.

ни этот воздух, ни солнце надо мной, ни эта земля под ногами уже не имеют значения. не имеют значения...

может, им всем виднее? может, я действительно должен был остаться там, в той выжженной земле? живым или мёртвым — кому какое дело. может, тогда не было бы этой пустоты, этой всепоглощающей тоски, которая пожирает изнутри. может, тогда… не было бы так больно.

жить? мстить? исчезнуть?

тусклый свет. щёлкает зажигалка. раз. два. за затёкшим стеклом — шум далёкой погони или выстрелов. мне плевать.
в зеркале — не я. что-то от отдалённое от меня. что-то, что осталось после всего. этот крест, что висит у меня на шее — спасал там. здесь — невыносимая тяжесть, словно шлакобетонный блок на цепочке. он тянет меня вниз.

— знаешь, сколько раз ты умирал на чужой земле? а они теперь смотрят на тебя, как будто ты сам выдумал эту войну.
как будто ты сам себе выдал повестку.
как будто ты сам себе в висок выстрелил, а тело — теперь их проблема.

затяжка, щелчок — гильза на полу — пепел падает на истёртую обивку дивана. каждый вдох – как напоминание о том, что я еще здесь. что я все еще должен наполнять лёгкие этим отравленным воздухом. зачем?

но война во мне не закончилась. просто теперь она тише. ждёт сигнала. и этот загнивший мир — как раз хорошая цель.